Архив публикаций: 201120102009200820072006

"Атаман Иван Матвеев, по прозванью Краснощёков" из цикла статей "Дела давно минувших дней..." Часть 16 (Южная столица. Домовладелец)

В 1741 году разразилась очередная война между Россией и Швецией. Бригадир Краснощёков с казаками опять отправился на север. В августе 1742 года русские войска под командованием генерал - фельдмаршала П. П. Ласси окружили шведскую армию лантмаршала графа Карла Эмиля Левенгаупта в районе города Гельсингфорса (шведское название финского города Хельсинки), отрезав шведам дальнейшее отступление к городу Або (шведское название финского города Турку).

В это же время русский флот запер шведов со стороны моря. У Левенгаупта заканчивалось продовольствие и фураж. На военном совете шведы решили идти на прорыв. Для этого необходимо было найти слабые места в русских позициях. Разведка боем была поручена отряду лейб-драгуна майора Шаумана (Шумана).
В это время Краснощёков во главе сотни казаков объезжал дозором позиции русских войск. 12 августа 1742 года шведский разведотряд Шаумана и казачья сотня Краснощёкова встретились у деревушки Бомбеле (Бембеле). Этот бой стал для прославленного донского атамана последним... Слишком большим был численный перевес шведов над казаками. Но не в обычаях Ивана Краснощёкова было отступать! Он сразу схватился с четырьмя солдатами неприятеля. Двоих тут же уложил шашкой. Но один из нападавших успел выстрелить и ранить лошадь Краснощёкова. Обезумевший от боли аргамак понёс своего наездника, не разбирая дороги, и увяз в ближайшем болоте. Донской атаман, сам трижды раненный, выполз на маленький островок и продолжал отстреливаться. Что произошло дальше, в разных летописях описывается по-разному. По одной из версий, майор Шауман приказал застрелить Краснощёкова прямо в болоте. По другой - был приказ взять казака живым, но шведы знали, что это невозможно, и предпочли убить его, не подходя  близко. По третьей версии, шведам всё-таки удалось захватить тяжело раненного Краснощёкова в плен, где с него живьём содрали кожу...
Что можно утверждать с достаточной долей достоверности, так это то, что гибель армейского бригадира Ивана Матвеевича Краснощёкова шведы праздновали как большую победу. В одном финском псалтыре была найдена надпись: «Считали не малым счастием, что полководец казаков Краснощёков во время перепалки со шведами лейб-драгуном  майором Шуманом загнан в болото, где и умер; по мнению всех, он стоил бы нам дорого».
Один из участников этих сражений, сержант Черниговского пехотного полка Савва Пархомов, так впоследствии описывал гибель прославленного донского атамана: «И прошед наша армия вперёд версты четыре и виден был Гельсингфорс через залив и суда шведские, из которого места послан бригадир Краснощёкой с казаками для проведывания дороги от Гельсингфорса к Абову, чтобы шведов не выпустить из Гельсингфорса, где и поехал в леса и болотами, маленькими дорожками, то от шведских солдат оной Краснощёкой уйтить не мог - в болоте лошадь увязла, то тут его солдаты ранили и взяли в полон и привезли в Гельсингфорс к князю Ивальгутову [так казаки называли генерала Левенгаупта - Прим. авт.], токмо уже от ран скоро он умре и мёртвое тело прислали к нам шестернёю и сыну его отдано».
Фельдмаршал Ласси действительно обратился к шведскому командованию с просьбой выдать тело легендарного атамана. Шведы согласились, и казаки привезли в русский лагерь облачённое в парчовый кафтан тело Ивана Краснощёкова, где при большом стечении народу ему были отданы последние воинские почести.
Сын отважного донского казака, будущий генерал-майор и вечный шеф 6-го Донского полка Фёдор Иванович Краснощёков вёз тело прославленного атамана через всю страну, чтобы похоронить его в родной донской земле. Прах Ивана Матвеевича Краснощёкова по сей день покоится на Преображенском кладбище в станице Старочерскасской, бывшей в ту пору городом Черкасском - столицей Войска Донского.
О смерти атамана Краснощёкова казаки сложили песню, в которой он представлен живым в плену у шведов:

Как во славном было городе, кременной Москве,
Как стоял ли там православный Царь у заутрени
Со своими-то князьями, со боярами.
На князьях-то, боярах было платье цветное,
Платье цветное было все кармазинное,
На самом-то Царе платье кручинное.
Не золотая трубочка она вострубила,
Не серебряная вестушка жалобно возговорила.
Как возговорит наш батюшка, православный царь:
«Ай вы, слуги мои, слуги, слуги верные!
Ничего-то вы, мои слуги, да не знаете!
Как сегодняшней зарёю курьер прибыл.
Он привёз нам нерадостную весть!
Приуныли, приумолкли в саду пташечки.
Так приуныло, приумолкло войско Донское,
Что без верного молоденького садовничка,
Что без верного служителя Государева.
Без Ивана Матвеевича Краснощёкова.
Как взяли добра молодца в полон шведы.
Повели добра молодца к князю Ивальгутову,
Как Ивальгутов князь добра молодца стал спрашивать:
«Ты в каком чине, молодец, служишь Царю Белому?
Аль ты сотником служишь, аль полковником?»
Речь возговорит Краснощёков Ивальгутову:
«Я служил Царю Белому ровно тридцать лет,
Я не сотником служил, не полковником,
Я служил молодцом, рядовым казаком!»
«Вот ты врёшь, добрый молодец, облыгаешься:
На тебе-то платье - не казацкое,
На тебе-то была сбруя бригадирская!
Я хочу тебя, добра молодца, просить просьбою:
Ты служил Царю Белому ровно тридцать лет,
Послужи ты царю шведскому хоть три года...»
Как возговорит Краснощёков Ивальгутову:
«Ах, была бы при мне если сабля острая,
Послужил бы я над твоей буйной головушкой!»

Слава великого донского атамана была столь велика, что очень уж не хотелось казакам верить в его гибель. И, несмотря на то, что свой боевой путь Иван Матвеевич Краснощёков закончил в чине бригадира (в Табели о рангах чин бригадира находился между полковником и генерал-майором и относился к генералитету), в казачьих преданиях о нём часто упоминают как о «Генералушке Краснощёкове». Генерал-майором впоследствии станет сын прославленного атамана Фёдор Иванович Краснощёков, унаследовавший от своего отца воинскую доблесть и мужество и продолживший славную династию Краснощёковых.
Вот так в истории представлен один из самых знаменитых донских казаков, атаман Иван Матвеев, по прозванью Краснощёков, бригадир Войска Донского, в честь которого, по одной из версий, и названа Генеральная балка - грандиозное урочище в самом центре Ростова-на-Дону, то место, где когда-то стояли скотные дворы Краснощёковых, а ныне  располагается центральный парк города, в котором так любят гулять ростовчане.
И только вольный ветер донских степей налетит внезапно, чтобы закружить в диком танце опадающие с деревьев листья и поднять клубы пыли на аллеях, как будто хочет напомнить о тех людях, которые здесь жили, и о тех событиях, свидетелями и участниками которых они были...

Продолжение следует

Управляющий офисом «РИЭЛТИ-Ленина»,
директор оценочной компании «РИЭЛТИ-Эксперт»
Нови Станислав Юрьевич